-01.png)
Редакция 'ОФИСЬЕЛЬ о Гольфе встретилась с Виктором Останковым — одним из первых профессиональных тренеров по гольфу в России, наставником с 30-летним стажем, человеком, сформировавшим не одно поколение игроков. Мы поговорили о его пути от спортсмена до мастера преподавания, о внутренней философии гольфа, сложностях и радостях работы с начинающими и опытными гольфистами, а также о том, почему настоящее признание приходит не через титулы, а через человеческую преданность игре.
— Виктор, вы провели значительную часть своей жизни на гольф-полях. Как вы начали свой путь в этом спорте?
Всё началось очень просто: я жил рядом с местом, где строился первый в СССР гольф-клуб, и не мог не заметить такое масштабное событие. Мне было шесть лет, когда заложили первый камень, и вместе с моим другом Александром Груздовым мы начали искать мячи на территории будущего клуба. За это нас, конечно, потом поймали и отчитали (улыбается).
Однажды нам дали попробовать сыграть — выдали клюшки и сказали: «Пробуйте». Нам тогда было всего семь-восемь лет, мы толком не понимали, что делаем. Потом наступили сложные 90-е, и многие наши знакомые устроились работать в гольф-клуб. Мы тоже подрабатывали: мыли машины, помогали на поле. А осенью 1994 года начал помогать на тренировочном поле — собирали мячи, подавали клюшки. Руководству я понравился, и меня пригласили продолжить на следующий год. С 1995 года стал работать и одновременно учиться. Так и начался мой путь в гольфе.
Если подытожить, то именно близость проживания и оказалась определяющим фактором моего выбора.
— Какими достижениями вы особенно гордитесь?
Можно перечислять турниры, победы, но, если честно, больше всего я горжусь своими учениками. Горжусь тем, что люди возвращаются, даже если занимаются у других тренеров. Мне приятно осознавать, что дал им нечто большее — мотивацию, азарт, любовь к гольфу. Сегодня мои ученики играют по всей России — и именно этим я особенно дорожу.
— Как вы считаете, как ваши воспоминания о жизни на улице Довженко и о гольф-клубе №1 в СССР повлияли на ваше развитие как тренера и спортсмена? Можете ли вы поделиться конкретными воспоминаниями из тех лет, которые вам особенно запомнились?
Улица Довженко была типичной Московской улицей того времени — дружной и воспитательной. Она научила меня находить компромиссы, искать подход к людям. Это качество сильно пригодилось в тренерской работе: каждый ученик — индивидуальность, со своей техникой и подходом. Хочется, конечно, чтобы все играли идеально, но у большинства нет возможности заниматься каждый день. Работаю в основном с любителями, у которых 2–3 тренировки в неделю.
Мои ученики — это занятые люди, и мне приходится адаптировать подход под их ритм жизни. Я не пытаюсь всех выстроить по шаблону. Наверное, именно двор, где «воспитание от улицы» бывало круче отцовского, научил меня быть гибким, внимательным к индивидуальности.
Из воспоминаний... Был случай, когда ребята подожгли старый диван прямо на первой лунке. Мы с друзьями вовремя заметили и спасли поле от пожара. Это была целая жизнь — футбол, шалости, но гольф всё равно всегда был на первом месте. Даже кар утопил на третьей лунке — не справился с управлением. Были и истории с поджогом деревянного домика в гольф-клубе, и с погонями за ворами мячей. Детство было насыщенным.
— Вы попробовали играть в гольф еще в 7 лет, а начали заниматься в 14, что, по вашему мнению, было самым сложным на первых уровнях вашего обучения? Как ранний старт в этом спорте формировал вашу любовь к гольфу и повлиял на вашу карьеру?
В 90-е гольф в России был практически неизвестен, профессионалов было мало. До 1993 года Московский городской гольф-клуб был единственным в стране. В 1996 году открылось поле в Нахабино, и к нам стали приезжать иностранцы, послы, дипломаты — мы наблюдали, как они играют, подмечали детали. Смотрели, как они держат клюшку, как двигаются. Я был увлечён. И эта увлечённость была главной движущей силой.
Мне очень повезло, что в детстве появилась страсть к гольфу — я с нетерпением ждал каждой возможности выйти на поле. Это стало альтернативой улице. А гольф привлекал своей атмосферой: рядом были люди из самых разных сфер — от дипломатов до спортсменов.
В 1995 году я помогал Алексею Матросову на турнире, был его кедди, и тогда он играл против Евгения Кафельникова. Представляете: человек, которого я только что видел по телевизору, стоит рядом со мной на поле. Это был шок и вдохновение одновременно. Гольф сближал с разными людьми — актёрами, бизнесменами, дипломатами. И именно гольф дал мне направление в жизни — в 1998 году я поступил в Институт культуры, который успешно окончил. Сейчас, когда иностранные дипломы не всегда котируются в России, я рад, что сделал правильный выбор.
