Редакция 'ОФИСЬЕЛЬ о Гольфе встретилась с Виктором Останковым — одним из первых профессиональных тренеров по гольфу в России, наставником с 30-летним стажем, человеком, сформировавшим не одно поколение игроков. Мы поговорили о его пути от спортсмена до мастера преподавания, о внутренней философии гольфа, сложностях и радостях работы с начинающими и опытными гольфистами, а также о том, почему настоящее признание приходит не через титулы, а через человеческую преданность игре.
— Виктор, вы провели значительную часть своей жизни на гольф-полях. Как вы начали свой путь в этом спорте?
Всё началось очень просто: я жил рядом с местом, где строился первый в СССР гольф-клуб, и не мог не заметить такое масштабное событие. Мне было шесть лет, когда заложили первый камень, и вместе с моим другом Александром Груздовым мы начали искать мячи на территории будущего клуба. За это нас, конечно, потом поймали и отчитали (улыбается).
Однажды нам дали попробовать сыграть — выдали клюшки и сказали: «Пробуйте». Нам тогда было всего семь-восемь лет, мы толком не понимали, что делаем. Потом наступили сложные 90-е, и многие наши знакомые устроились работать в гольф-клуб. Мы тоже подрабатывали: мыли машины, помогали на поле. А осенью 1994 года начал помогать на тренировочном поле — собирали мячи, подавали клюшки. Руководству я понравился, и меня пригласили продолжить на следующий год. С 1995 года стал работать и одновременно учиться. Так и начался мой путь в гольфе.
Если подытожить, то именно близость проживания и оказалась определяющим фактором моего выбора.
— Какими достижениями вы особенно гордитесь?
Можно перечислять турниры, победы, но, если честно, больше всего я горжусь своими учениками. Горжусь тем, что люди возвращаются, даже если занимаются у других тренеров. Мне приятно осознавать, что дал им нечто большее — мотивацию, азарт, любовь к гольфу. Сегодня мои ученики играют по всей России — и именно этим я особенно дорожу.
— Как вы считаете, как ваши воспоминания о жизни на улице Довженко и о гольф-клубе №1 в СССР повлияли на ваше развитие как тренера и спортсмена? Можете ли вы поделиться конкретными воспоминаниями из тех лет, которые вам особенно запомнились?
Улица Довженко была типичной Московской улицей того времени — дружной и воспитательной. Она научила меня находить компромиссы, искать подход к людям. Это качество сильно пригодилось в тренерской работе: каждый ученик — индивидуальность, со своей техникой и подходом. Хочется, конечно, чтобы все играли идеально, но у большинства нет возможности заниматься каждый день. Работаю в основном с любителями, у которых 2–3 тренировки в неделю.
Мои ученики — это занятые люди, и мне приходится адаптировать подход под их ритм жизни. Я не пытаюсь всех выстроить по шаблону. Наверное, именно двор, где «воспитание от улицы» бывало круче отцовского, научил меня быть гибким, внимательным к индивидуальности.
Из воспоминаний... Был случай, когда ребята подожгли старый диван прямо на первой лунке. Мы с друзьями вовремя заметили и спасли поле от пожара. Это была целая жизнь — футбол, шалости, но гольф всё равно всегда был на первом месте. Даже кар утопил на третьей лунке — не справился с управлением. Были и истории с поджогом деревянного домика в гольф-клубе, и с погонями за ворами мячей. Детство было насыщенным.
— Вы попробовали играть в гольф еще в 7 лет, а начали заниматься в 14, что, по вашему мнению, было самым сложным на первых уровнях вашего обучения? Как ранний старт в этом спорте формировал вашу любовь к гольфу и повлиял на вашу карьеру?
В 90-е гольф в России был практически неизвестен, профессионалов было мало. До 1993 года Московский городской гольф-клуб был единственным в стране. В 1996 году открылось поле в Нахабино, и к нам стали приезжать иностранцы, послы, дипломаты — мы наблюдали, как они играют, подмечали детали. Смотрели, как они держат клюшку, как двигаются. Я был увлечён. И эта увлечённость была главной движущей силой.
Мне очень повезло, что в детстве появилась страсть к гольфу — я с нетерпением ждал каждой возможности выйти на поле. Это стало альтернативой улице. А гольф привлекал своей атмосферой: рядом были люди из самых разных сфер — от дипломатов до спортсменов.
В 1995 году я помогал Алексею Матросову на турнире, был его кедди, и тогда он играл против Евгения Кафельникова. Представляете: человек, которого я только что видел по телевизору, стоит рядом со мной на поле. Это был шок и вдохновение одновременно. Гольф сближал с разными людьми — актёрами, бизнесменами, дипломатами. И именно гольф дал мне направление в жизни — в 1998 году я поступил в Физкультурный университет, который успешно окончил. Сейчас, когда иностранные дипломы не всегда котируются в России, я рад, что сделал правильный выбор.
— Сегодня вы больше тренируете или играете?
Сейчас я в основном тренирую. В день бывает до 10 тренировок. Но по понедельникам мы создали свой турнир, где я иногда играю с учениками, по их просьбе. Можно сказать, что 90% времени я тренер, и только 10% — игрок. Хотя в этом году появилось больше желания самому участвовать в турнирах, поэтому и тренируюсь больше.
— Что вас привлекает в работе тренера?
Общение. Люди приходят самые разные — с разными историями, темпераментами, мотивацией. И каждый — интересен по-своему.
— Какие ваши главные источники вдохновения и что вас мотивирует двигаться вперёд как тренера и лидера в своей области?
Безусловно, успехи учеников. Особенно те, кто преодолевает себя. Когда человек говорит: «Виктор, я наконец-то получилось — мяч полетел с травы!» — это бесценно. Или: «У нас с мужем начало всё получаться в ударе». Вот такие личные победы вдохновляют не меньше, чем места в турнирных таблицах.
— Ваша карьера охватывает долгий период в гольфе, и вы, безусловно, стали свидетелем многих изменений в этом виде спорта. Какие из этих изменений были наиболее позитивными?
Безусловно, за годы, посвященные гольфу, произошла настоящая эволюция. Технологии внесли неоценимый вклад, изменив подход к игре. И, конечно, возросшая популярность и внимание к спорту, приток инвестиций – это то, что позволяет гольфу развиваться и привлекать все больше талантливых игроков.
Например, дальномеры – казалось бы, незначительная деталь, но они сделали игру динамичнее, позволив игрокам сосредоточиться на стратегии, а не на измерениях расстояний.
Появились графитовые клюшки. Они открыли двери в мир гольфа для женщин и юных игроков, сделав игру более доступной и комфортной.
И нельзя не отметить эволюцию правил игры. Незначительные, на первый взгляд, изменения, такие как возможность быстрее находить мяч или играть с флажком, делают игру более динамичной и увлекательной.
И, конечно, самое важное – изменение восприятия гольфа в обществе. Если раньше это был элитарный вид спорта, то сегодня все больше родителей видят в нем перспективу для своих детей, возможность развить дисциплину, стратегическое мышление и спортивный дух.
— Как участие в мировых и европейских чемпионатах повлияло на ваш подход к тренировкам и подготовке ваших подопечных? Какие уроки вы извлекли из своего опыта на международной арене?
Мой дебют на командном чемпионате Европы в 1999 году стал настоящим откровением. Я увидел, как играют лучшие из лучших, и это стало стимулом для самосовершенствования. До этого момента тренировочный процесс был скорее интуитивным, нежели системным.
Я обратил внимание на детали, которые раньше упускал из виду. Например, хват клюшки. Я заметил, что ведущие европейские игроки используют иную технику, и, переняв их опыт, я сразу почувствовал разницу – мяч полетел ровнее, улучшилось вращение.
Участие в международных турнирах – это бесценный опыт, возможность учиться у лучших, перенимать их тактику и стратегию. Мне даже удалось сделать лучший счет для России” -1” в 1999 году. Но самое главное – это адаптация. То, что работает для одного игрока, может быть совершенно неприемлемо для другого. Моя задача как тренера – найти индивидуальный подход к каждому подопечному, учитывая его особенности и сильные стороны.
Именно этот синтез международного опыта и индивидуального подхода, сформированный на улице, где я рос и учился, помог мне стать тем, кто я есть сейчас.
— Вы дважды становились победителем Кубка России и чемпионата страны. Какие моменты в этих победах были для вас особенно запоминающимися, и что стало ключевым фактором вашего успеха?
В основе каждой победы – четкая цель. Жажда превзойти себя, победить на каждом турнире. В те времена конкуренция состояла из 6-7 сильных игроков,которые боролись за первенство. Сейчас эта цифра значительно возросла и среди молодежи.
В 1999 году, победа на турнире в Ростове-на-Дону была особенно важна, так как давала право на присвоение звания "Мастер спорта". Я ехал туда именно за этим, и я его заслужил, отдав тренировкам более 7 лет.
Сложно выделить какой-то один запоминающийся момент. Тогда важен был каждый удар, каждое решение. Но, как говорится, "Тренировка бьет талант". Именно упорство, дисциплина и многочасовые тренировки стали ключом к успеху.
— Как вы видите будущее гольфа в России? Какие шаги, по вашему мнению, могли бы способствовать его популярности и росту за пределами традиционных кругов?
На сегодняшний день скажу фразу: “Главное не мешать российскому гольфу”. Он развивается вполне успешно, на мой взгляд. Интеграция в школьную программу – спорный вопрос. Возможно, лучше дать людям возможность самим выбирать вид спорта, которым они хотят заниматься.
Важно изменить общественное сознание, уйти от стереотипов об элитарности гольфа, сделать его более доступным для широкой публики. У России огромный потенциал для развития гольф-инфраструктуры. У нас достаточно места для строительства новых полей, и это не обязательно должны быть дорогостоящие проекты.
А по поводу развития гольфа – у нас не хватает большого зимнего центра, где бы мяч летел спокойно метров 200. У нас 6 месяцев, а то бывает и 7, погода не очень хорошая. Было бы идеально построить такой центр в пределах МКАД, чтобы игроки могли тренироваться не только на симуляторах, но и на открытом пространстве, где мяч летит на 100-150 метров.
Необходимо расширять поддержку бесплатных школ гольфа, таких как в Куркино, рассказывать о них, привлекать новых учеников. И, конечно, строить новые поля по всей Москве, , так как сейчас занята только ¼ часть, чтобы гольф стал доступен каждому желающему.
— Будучи президентом Профессиональной ассоциации гольфа России, какие изменения или инициативы вы стремитесь внедрить, чтобы развивать этот спорт в стране и привлекать новое поколение игроков?
На самом деле, я всегда занимался развитием гольфа — просто сейчас у меня появилось больше полномочий и возможностей. Через свою деятельность, своим примером, я старался привлекать интерес к игре, вовлекать больше людей, и за этим, естественно, следовали новые ученики. Но в сутках, увы, лишь 24 часа, и я могу полноценно работать лишь с ограниченным числом игроков — максимум восемь человек в день. Значит, должны появляться и другие тренеры, готовые принять эстафету.
Один из ярких примеров — турнир Moscow PRO AM, который мы организовали с Михаилом Лукониным и командой. Это событие, где любители и профессионалы встречаются на одном поле. Сегодня, например, на площадке Московского городского гольф-клуба — 64 участника. Подобные турниры — важный шаг к популяризации гольфа. Инициативу поддержал директор клуба Дмитрий Казаченко, что особенно ценно. В будущем я планирую продвигать Россию в европейские гольф-турниры — мы достойны быть частью большого спортивного диалога.
— Вы занимаете важную роль в жизни государственных сборных. Каковы, на ваш взгляд, основные требования для того, чтобы молодые гольфисты смогли успешно войти в профессиональный спорт и что вы делаете, чтобы помочь им в этом?
Заявление звучит амбициозно (улыбается). Но я просто продолжаю делать то, во что верю: играю с молодыми спортсменами, общаюсь с ними. Уникальность гольфа в том, что мы на поле вместе — 5–6 часов игры, где есть время наблюдать, задавать вопросы, учиться в процессе. Это своего рода передача опыта на очень близкой дистанции. Иногда они нас даже обыгрывают — мы держим лицо, но, конечно, стараемся чаще побеждать.
— Как вы видите сотрудничество между различными гольф-клубами и академиями? Какие возможные преимущества от объединения усилий в области тренировки и развития спортсменов вы могли бы выделить?
Я бы сравнил Московский гольф-клуб с домом, откуда начинается маршрут. Люди приходят ко мне, а я рассказываю им про другие клубы — зачастую те, о которых они даже не знали. В этом смысле я — своего рода проводник. И если мы начнём активно обмениваться информацией, направлять игроков в разные клубы друг к другу, у нас появится культура открытого гольф-сообщества.
Объединённые турниры, где участвуют сразу несколько клубов — это великолепно. И в перспективе, я верю, мы можем организовать масштабное событие на тысячу участников. Это абсолютно реально.
— Какой подход вы используете при обучении разных уровней игроков? Как вы адаптируете свою методику для новичков и более опытных спортсменов, чтобы удовлетворить их потребности?
Я обладаю богатым опытом в подготовке спортсменов высокого уровня, но сейчас уделяю больше внимания начинающим игрокам. А методика — это движение снизу вверх. Начало у всех учеников, без исключения, примерно одинаковое: базовая техника, основы. А дальше — индивидуальная настройка. Каждый человек уникален, и подход к нему должен быть таким же. Сейчас я всё чаще работаю с новичками — мне важно, чтобы они «загорелись» гольфом и остались в игре. А когда это происходит — появляется шанс на долгий путь.
— С точки зрения тренера, каковы самые распространенные ошибки, которые совершают начинающие гольфисты, и как вы помогаете им преодолевать эти препятствия?
Главная ошибка — это невнимательность. Новички часто недооценивают важность подготовки к удару. Профессионалы уделяют этому значительно больше времени — ведь за их плечами ответственность, контракты, денежные призы. У любителей мотивация другая, но принцип подготовки должен быть схожим. Ещё одна типичная ошибка — постоянный «снос» удара вправо. Здесь я подключаю наглядную демонстрацию: как держать клюшку, как выстраивать стойку, как контролировать траекторию.
— Вы уже более 20 лет работаете тренером. Какие методики, основанные на вашем опыте, вы внедряли в свою академию гольфа, чтобы сделать процесс обучения более эффективным для ваших учеников?
Моя главная методика — это не только индивидуальный подход, но и объединение. Многие оставляют гольф из-за того, что им не с кем играть. Поэтому я стараюсь создавать комфортное игровое сообщество, в котором ученики чувствуют себя частью чего-то большего. Обучение — это не только техника, но и атмосфера. Люди должны хотеть возвращаться.
— Как ваше решение открыть собственную академию гольфа изменило ваше видение тренировочного процесса?
Глобально подход не изменился — просто стал более организованным. Группы были и раньше, но теперь это оформлено в систему, где всё чётко структурировано: от планов занятий до игровых форматов. Это дало возможность большему числу людей включиться в процесс и почувствовать себя причастными к культуре гольфа.
— Как вы справляетесь с давлением как игрок и тренер? Есть ли у вас какие-то специальные методы или ритуалы, которые помогают оставаться сосредоточенным в ответственные моменты?
Давление — это неотъемлемая часть профессии, особенно если вы не только тренируете, но и играете. Сейчас я играю реже, но помню, насколько по-разному его ощущаешь в зависимости от этапа карьеры. Чтобы держать себя в тонусе, я научился варьировать ритм — где-то ускоряюсь, где-то замедляюсь. Один интересный приём мне рассказал теннисист, писавший диплом в Институте культуры: по его исследованиям, если перед подачей закрыть глаза на семь секунд, концентрация возрастает, и вероятность удачной первой подачи растёт на 3–5%. Я перенёс этот принцип на гольф: когда оцениваю наклон гринов, тоже ненадолго закрываю глаза — и это действительно помогает сфокусироваться.
— Какую роль, по вашему мнению, играют технологии в современном гольфе, и как они могут помочь игрокам улучшить свои навыки на тренировках?
Технологии в гольфе сегодня — это целый космос. За 30 с лишним лет в этом виде спорта я видел, как трансформировалась техника, насколько точнее и наукоёмче стал тренировочный процесс. Сегодня невозможно представить серьёзную подготовку без видеосъёмки, трекеров, симуляторов. Всё это — инструменты, которые помогают игроку расти быстрее, видеть нюансы, которые раньше ощущались только интуитивно.
— Гольф часто ассоциируется с определенным стилем и модой. Как вы считаете, насколько важна атлетическая форма для современных гольфистов, и может ли наступить момент, когда неатлетичный внешний вид станет непопулярным в этом спорте?
Гольф — это, прежде всего, игра для всех. Универсальность — одно из главных её достоинств. Вряд ли настанет момент, когда только атлетически сложенные люди будут играть в гольф — ведь здесь важно не только тело, но и ум. Однако современные профессионалы — это действительно атлеты, многие из них регулярно тренируются в зале. Камера любит форму, а спортивная эстетика стала частью гольф-культуры. Тем не менее, каждый находит в этом пространстве своё место.
— Многие утверждают, что гольф — это прежде всего игра ума. Согласны ли вы с этим утверждением, и если да, то как бы вы оценили процентное соотношение между ментальными и физическими аспектами в гольфе?
Полностью согласен. Когда ты уже умеешь играть, дело становится не в технике, а в том, как ты управляешь собой. Давление, соперники, ожидания — всё это испытывает твою ментальную выносливость. В начале пути, конечно, превалируют физические навыки — процентов 80. Но по мере роста, когда движения становятся автоматизмом, всё переворачивается: 80% — это ментальность, психологическая стабильность, способность держать фокус.
— Какой паттер вы используете? Что вам в нем нравится и как он влияет на вашу игру?
Играю классическим Scotty Cameron. Это уже икона — в нём есть баланс, проверенный временем. Он надёжный, понятный и даёт чувство уверенности на грине.
— Сколько клюшек в вашем сете и какие именно? Как они помогают вам в тренировочном процессе?
У меня полный сет — 14 клюшек от Titleist. Они хороши тем, что позволяют мне объяснить ученикам разницу между любительским и профессиональным снаряжением. Наглядность — ключ к обучению, и с такими инструментами показать нюанс гораздо легче.
— Какой фирмы ваши клюшки? Есть ли у вас любимая модель, на которую вы полагаетесь больше всего?
Всё тот же Titleist. Если говорить о фаворите — пожалуй, это «айроны». Они дают большую свободу, особенно в технически сложных ситуациях.
— Какой клюшкой вы обычно делаете удары на 50 метров? Как вы выбираете клюшку для конкретной дистанции?
Чаще всего — это 60-градусный вэдж, если ситуация стандартная. Но в зависимости от условий могу адаптироваться и использовать любую подходящую клюшку. Главное — чувствовать дистанцию.
— Какое поле в Москве для гольфа является вашим любимым и какое поле в мире вдохновляет вас больше всего?
Если бы мне нужно было показать иностранцам три флагманских поля России, я бы выбрал Целеево — как идеал сочетания ландшафта и уровня, Links National — за драматичные «лунные» пейзажи, и Раево — за качество, архитектуру и атмосферу клубного дома. А если говорить глобально — несмотря на опыт игры по всему миру, от Шотландии до Турции, меня вдохновляют именно наши поля. Мы входим в золотой век российского гольфа.
— Вы помните наши юниорские турниры, которые мы организовывали, когда издавали Golf Digest?
Да, прекрасно помню. Это были по-настоящему живые и важные события для будущего гольфа в стране.
— Как вы относитесь к поддержке детского гольфа и как она осуществляется сейчас?
Очень позитивно. Недавно мы провели благотворительный турнир в память о Дмитрии Виноградове — чемпионе России, который трагически погиб в автокатастрофе. Мы в честь него основали фонд и организовали благотворительный турнир, помогая маме Дмитрия и юным спортсменам. Даже после того как мама Дмитрия ушла из жизни, мы продолжили дело и направили усилия на развитие юниорского спорта. Это наш долг — поддерживать будущее гольфа.
— Какие турниры, по вашему мнению, сейчас самые значимые? Стоит ли возобновить те турниры, что ранее проводили Art Trading Group?
Безусловно. Art Trading Group делали по-настоящему яркие турниры — с хорошими призами, азартом и командным духом. Сейчас таких событий не хватает. Есть турниры, но ушло напряжение борьбы, стремление побеждать. Именно этого сегодня не хватает российскому гольфу.
— Вы согласны с тем, что не хватает турниров для начинающих игроков? Что вы думаете о турнирах в Турции — насколько они полезны для развития гольфа?
Да, турниров для новичков действительно немного. Но ситуация меняется — клубы постепенно берут инициативу в свои руки. Мы, например, скоро запустим новые форматы для начинающих игроков в Московском городском гольф-клубе. А турниры в Турции — отличная возможность для развития. Анталия, Белек стали нашей неофициальной зимней базой: там тепло, гостеприимно, и игроки могут тренироваться круглый год.
